.RU

Глава 16 ^ Битва с драконами - Ник Горькавый Астровитянка


Глава 16

^ Битва с драконами


Утро Майского Рыцарского Турнира! Все студенты Лунного колледжа, проглотив завтрак, бегом устремились на стадион занимать лучшие места — ведь сегодня зрителей будет множество! Ежегодно в первую субботу мая на стадион Колледжа собирались болельщики даже с Земли — посмотреть на битву юных рыцарей с ящерами и драконами.

Никки никуда не побежала, а бесцельно вышла из кафе и вяло побрела по опустевшим коридорам Колледжа. Между тем она числилась участником финальных турнирных поединков и уже должна была сидеть в Рыцарской Ложе, возле поля битвы, вместе с другими рыцарями разглядывать соперников — ящеров и драконов, нервно подгонять латы и проверять оружие. Но ей совсем не хотелось ни идти куда-то, ни драться… День ото дня она чувствовала себя всё хуже — апатия и мрачность давили сильнее и сильнее, и от прежней весёлой Никки осталась лишь тень.

Коридор гуманитарного корпуса закончился круглым тупиком, где лукавый пол притворялся древней булыжной площадью, а стены изображали средневековую панораму публичного сожжения ведьмы. Видимо, эта голограмма сохранилась после урока истории.

Никки остановилась перед худой низкорослой девушкой с землистым лицом, одетой в колючий балахон из жёлтой мешковины и привязанной к столбу. У босых ног ведьмы лежала совсем небольшая кучка хвороста. Место казни ограждала цепь солдат, а с балкона каменного здания неотрывно смотрел бледный бородатый человек в расшитом серебром тёмном камзоле. За его спиной неподвижной статуей стоял сиреневый прелат с крестом в руках и с глазами в небе.

Шумная возбуждённая толпа людей держалась на расстоянии длины копья от цепочки солдат, и лишь всё время хохочущий городской юродивый, растрёпанная низкорослая старуха и две молодые некрасивые женщины в чёрном осмеливались подбегать ближе и бросать сквозь строй солдат отдельные сучья и даже небольшие вязанки хвороста к ногам ведьмы. Чёрные женщины, похожие на взъерошенных ворон, и что-то бормочущая седая карга занимались этим страшным делом с безумным остервенением, несмотря на чувствительные удары древками копий, которыми их награждали мрачные солдаты.

Что-что, а сожжение живого человека Никки не согласилась бы наблюдать ни за какие блага мира. Она уже повернулась, чтобы уйти, но заметила поразительную деталь: девушка счастливо улыбалась и благословляла людей, кидающих к её ногам хворост; глаза ведьмы избегали остальной толпы, зато она часто с тоской и любовью поглядывала в сторону бледного человека на балконе.

— Почему ты так смотришь на человека, велевшего тебя казнить? — спросила поражённая Никки.

— Мы любим друг друга, а отправить меня на костёр ему велел долг… — тихо ответила девушка у столба.

— Как долг может заставить бросить любимого человека в огонь? — вознегодовала Никки.

Юная ведьма у столба печально улыбнулась и сказала:

— Ты наивна. Мой возлюбленный сейчас очень несчастен… он будет гореть на костре вместе со мной, а потом, бедный, в муке жить без меня долгие годы…

— А за что ты благодаришь своих палачей, бросающих к твоим ногам хворост?

— Ты снова не понимаешь… Это моя мать и дорогие сестры… — нежно посмотрела на чёрных женщин девушка. — Они мои благодетели — рискуя жизнью, они несут мне быстрое избавление… Ведь я осуждена к сожжению на медленном огне! Разве это не счастье — получить скорую жаркую смерть взамен долгого мучительного тления? Знаешь ли ты, Никки, что такое смерть на медленном огне?

— Знаю… — сказала Никки и решительно направилась к выходу из этого кошмарного тупика.

«О чём Вольдемар только думает, оставляя такие голограммы после занятий? Какая ведьма странная… по имени меня назвала. Понятно, что это говорит Вольдемар, но всё равно жутковато…»

— Робби, сколько женщин сожгли инквизиторы Средневековья?

— Достоверной информации мало, но, вероятнее всего, речь идёт о миллионах жертв, которых религиозные фанатики объявили ведьмами, колдунами и еретиками.

Это потрясло Никки.

На фоне такого ослепительного горя собственные несчастья блекнут.

И тут её поразила мысль: «Может, Вольдемар неспроста показал мне эту сцену?»


Как всегда, комментировал Майский Рыцарский Турнир главный тренер Колледжа, профессор спорта Демицелло.

— Привет, привет всем дорогим болельщикам и участникам турнира! — торжественным голосом пропел профессор, открывая Турнир. — Битва рыцаря и дракона — что может быть сказочнее и нереальнее? Но вот они — наши настоящие рыцари в латах, с мечами и копьями! Поприветствуем героев! — Демицелло, аплодируя, повернулся к сектору, где разместились со своим вооружением участники турнира. — А вот и их соперники — десять отличных ящеров, они же — «наземные драконы»! Трое же настоящих драконов — летающих зубастых красавцев! — ещё сидят в загоне в качестве сюрпризов.

Зрители с участниками и так смотрели на ящеров во все глаза. Монстры производили сильное впечатление: они вспыльчиво дышали огнём, скалили зубастые пасти и драли острыми когтями травяной дёрн, оставляя на поле глубокие чёрные борозды.

— Драконоборчество возникло и по традиции сохраняется как вид крыльевого спорта, — пояснял Демицелло, — но в последние десятилетия в моду вошли столь опасные и быстрые драконы, что крылья только мешают участникам. И сейчас драконоборцы сделали выбор в пользу крепких щитов с доспехами. Они предпочитают стоять ногами на земле, отражая нападения бегающих и летающих монстров. Кроме того, драконы не дают возможность натянуть страховочные сетки на поле — они их цепляют и рвут, поэтому рыцарям трудно использовать крылья: полёты приходится сопровождать дополнительными мерами безопасности. Последние годы применение крыльев участниками турниров вообще не предусматривается.

Трибуны дудели, гудели, хлопали и что-то скандировали.

— Битва с драконом — это индивидуальный поединок! Один на один. Никто не поможет. Соперник могуч и опасен, но тем славнее победа над ним! — торжественно вещал комментатор. — Сначала состоятся дуэли десяти лучших бойцов школы с нелетающими ящерами. Напоминаю, что скорость движения драконов во время поединка всё время увеличивается — пока рыцарь выдерживает такой темп. Скорость и точность ударов участников финала суммируется в баллах. Трое сильнейших рыцарей — с наилучшей реакцией и меткостью — потом сразятся с летающими драконами.

Среди сегодняшней десятки лучших бойцов Колледжа — пять Леопардов, два Дракона, две Совы и один смелый Олень!

Перечисляю рыцарей-Леопардов: Джон Багстоун, Лили Буриме, Дзян де Син, Фил Лемански и Никки Гринвич. Все — старшекурсники, за исключением мисс Гринвич. Впечатляющее владение копьём позволило Никки победить противника-гризли в отборочном турнире в течение первых двух минут! Джон Багстоун в прошлом году стал обладателем Кубка Золотой Перчатки, и сегодня он полон решимости повторить свой успех. Рыцари-Драконы представлены четверокурсниками Ширли Яной Глюм и Глендиветом рю Шардонне. Две Совы — Айван Милин, пятый курс, чемпион позапрошлого года, и Цзи Попула — второкурсник. Храбрый Олень — Кристина Снайдер, первый курс. Прекрасную технику меча показала Кристина на тестовом поединке с носорогом и заслуженно вышла в финал!

По жеребьёвке Никки сражалась второй. Она ослабила завязки жёстких лат тёмно-бордового цвета и поудобнее устроилась на скамейке, положив рядом тяжёлый меч и длинное копьё. Она была мрачна и больше думала о девушке у столба, чем о турнире.

Первой на рыцарское поле вышла Кристина — и очутилась перед ящером, похожим на чудовищную трёхрогую крысу ростом в холке метра в три. В левой руке Кристи держала щит, в правой — копьё. Ящер взревел, разинув пасть-чемодан, выпустил клуб пламени и бросился вперёд. Кристина ловко метнула копьё, и оно вонзилось прямо в глотку зверю! Тот завизжал, замотал головой и перекусил длинное древко. На стадионном табло баллы Кристины прыгнули вверх. Ящер, волоча длинный хвост, подбежал грузной рысцой к девушке, которая уже обнажила длинный клинок. Началась ожесточённая сеча.

Чудовище махало огнедышащей головой, орудовало длинными рогами и правой когтистой конечностью, пытаясь достать Кристину. Та ловко отбивалась, громко лязгая мечом по чешуйчатой шкуре и лапам ящера и защищаясь щитом от огненных клубов. Но, как обычно, перевес оставался за монстром — он всё убыстрял свои движения, и Кристине приходилось туго. Наконец ящер стремительным ударом лапы выбил меч Кристины. В следующую секунду её щит растаял под пламенным дыханием рогатой крысы, и Кристина вышла из игры.

— Отличные баллы набрала Кристина Снайдер в своём первом официальном поединке с ящером, — заявил комментатор. — Поздравим её!

Никки затянула латы и вышла на поле, не дожидаясь вызова. Ближайший динамик что-то бубнил голосом спортивного профессора, но Никки не обращала на него внимания. Она смотрела на выбежавшего на поле своего ящера — тёмно-зелёного, сгорбленного, с шипастой мордой страшной не клыками, а беспощадными красными глазами с ледяными зрачками-щёлками. Зверь двигался рысью, поочерёдно ударяя в землю массивными задними лапами, прижав гибкие передние конечности к чешуйчатой груди. Хвост, усеянный острыми треугольными пластинами, с силой бил по траве. Ящер гулко рычал и плевался огнём, глядя на Никки свирепыми глазами.

Никки уже не раз видела это — приближение врага, жаждущего убить её.


Мы рождаемся, чтобы жить и радоваться жизни, любить и быть любимыми. Но всегда находится тот, кто посылает нас на костёр во имя высших побуждений… или принуждает к животному контракту… или равнодушно сметает с пути, как ничтожную пыль.

^ Ты! Когда же простая мысль врастёт в твой хребет зверя и выпрямит его: нельзя убивать людей, нельзя делать их рабами, нельзя лишать человека шанса на счастье!

Иначе ты будешь проклят!


— Ну, иди сюда, тираннозавр сраный, — сказала Никки ящеру, и её захлестнула волна гнева.

Она глубоко воткнула копьё в травяную землю и без колебаний пошла вперёд только со щитом и отведённым назад мечом. Ящер с гулким топотом подбежал к ней и дохнул огнём. Никки быстро подняла щит навстречу пламени, и одновременно запел её меч, взлетая по дуге вверх, к корявой морде. Клинок блеснул на солнце…

БАНГ! Сильнейший удар своротил набок шипастую голову ящера. Он жалобно завопил, и его левый глаз с колючим золотым зрачком погас. В следующий момент лапа ящера так ударила в щит, что Никки отшвырнуло на несколько шагов. Разъярённый дракон бросился в атаку — гораздо быстрее, чем в первый раз. Высотой он раза в два превосходил девушку, но его голова с оскаленными клыками была опущена и тараном нацелена на маленькую фигурку. Никки подождала, потом неуловимым движением скользнула в сторону, и её меч лязгнул о другой глаз дракона. Раздался страшный рёв.

Ящер промчался мимо, затормозил, взрывая клочьями дёрн, и нанёс стремительный удар длинным хвостом. Она еле успела подпрыгнуть над свистнувшим бревном с острыми пластинами. «Лучше иметь дело с мордой!» Ящер развернулся и снова ринулся на девушку. Его омерзительная голова была слепа, но он по-прежнему хорошо ориентировался и знал, где находится враг. «Зверюга видит не только глазами…» — быстро подумала Никки, и снова её меч запел навстречу тираннозавру. Ящер вскинул голову, и клинок достал только до левого плеча. Отдача здорово ударила по Никкиной руке.

Ящер взвизгнул и хлестнул лапой по щиту. Никки едва удержала его и отступила. Когтистая лапа потянулась за ней, но медленнее, чем раньше. Дракон злобно рычал.

«Что?! Не нравится?! — в ответ зарычала Никки и обрушила град быстрых яростных ударов по передним лапам и груди ящера. — Ты! Безмозглый! Змей-переросток! Даже не представляешь! Какая это! Удивительная штука! Кинетическая! Энергия!» — свирепо рубилась Никки. Она не обращала никакого внимания на табло и баллы, вкладывая в удары меча всю накопившуюся злость и боль последних месяцев. Ящер плевался пламенем и отмахивался когтистыми конечностями, но, казалось, он элементарно струсил, ощутив Никкино бешенство, и его битые лапы двигались всё неувереннее.

КРАК! Очередной удар меча в плечо ящера оказался удачным: левая передняя лапа повисла вдоль чешуйчатого тела. Дракон взвыл и мощным правым хуком опрокинул Никки на землю. Не успела девушка встать, как на неё сверху обрушился ещё один когтистый удар. Никки парировала его щитом, но это обошлось ей дорого: дракон зацепил щит и отбросил в сторону. Ящер дохнул в лицо девушке вонью свирепой пасти и снова взмахнул страшной лапой с бритвами-когтями, со свистом режущими воздух.

Лёжа девушке было трудно отбиваться мечом, но она крутанула его над самой травой, разогнала как смогла и ударила по запястью приближающейся драконьей лапы.

Ей повезло — удар попал в щель панциря.

Когтистая кисть отлетела и тяжело грянула о землю. Из торчащего обрубка хлынула фосфоресцирующая зелёная кровь.

Ящер оглушающе завизжал, неуклюже повернулся и рысью устремился в стойло.

Никки с трудом поднялась с земли, тяжело дыша и утирая запястьем пот, бегущий по лицу.

Голографический чешуйчатый морок сошёл с отсечённой конечности ящера, и стали видны пластокремниевые панцирные пластины, никелированные суставы, сервомоторы и начинка электронных блоков, жестоко разрубленных мечом.

Никки повела глазами по бушующим трибунам, и только тогда внешний звук включился для неё.

— Поразительно! Чудовищно! — восклицал на весь стадион профессор Демицелло. — Такого я ещё не видел — отсечь лапу ящеру! Мне даже непонятно, что будет делать оценивающий компьютер — в его балльной системе просто нет такой опции!

Трибуны ревели. Никки побрела к Рыцарской Ложе, успокаивая дыхание и сумасшедшие удары сердца. Она села на скамью и сняла с себя доспехи, не обращая внимания ни на что вокруг — ни на крики, ни на поздравления. И никто не решился переступить давно существующий невидимый круг отчуждения вокруг Никки — ни обнять, ни дружески хлопнуть её по плечу.

Никки вновь захлестнула знакомая горечь.


^ Я стала прокажённой и одинокой… Никому не нужной, как старый башмак… Биоробот с мечом на потеху публике… У меня был один-единственный друг, и того я прогнала…


И вдруг на Никки навалился такой приступ тоски, что — невиданное дело! — в горле защипали и запузырились слёзы. Она склонила голову к коленям, пытаясь унять жестокую боль в груди, и зачем-то обернулась на ближайшую трибуну. И не поверила своим глазам — всего в нескольких метрах сидел Джерри с взволнованным лицом, и его голубые глаза неотрывно смотрели прямо на неё. Ему не хватило места на переполненных зрителями скамейках, и он умещался на узкой и жёсткой каменной ступеньке — зато ближе всех к Рыцарской Ложе. Тёплый лучик протянулся к Никки — она поймала его и поспешно отвернулась.


^ Джерри не забыл меня! Он смотрит в глаза, прямо в сердце!.. Он всё ещё друг мне!

Я-то ведь не прикована к столбу! Я могу бороться!

Но что я должна сделать, чтобы вернуть себя?

Убийца приходит не только за твоей жизнью, он приходит и за твоей душой. Когда я вспоминаю того зеркального типа, пещеру и огонь вокруг, у меня сердце начинает биться, как в лихорадке, и всё вокруг плывёт и мутнеет… Я стала сама не своя… Эти кошмары каждую ночь… Что же, чёрт побери, со мной происходит? Убийца не смог забрать жизнь, но убил душу? А как можно жить без души…


Начался следующий поединок: Багстоун бился с жёлтым шестилапым монстром — без хвоста, но с длинным зубастым языком. Прошлогодний чемпион продержался минут десять.

Красотка Ширли в синих доспехах и с белокурой непокрытой головой вышла на арену против зелёной суперигуаны. Она долго и осторожно фехтовала с рогатым крокодилом, грамотно демонстрируя эффектную себя…

Больше часа длились поединки с ящерами, после чего объявили победителей. Никки не удивилась и не обрадовалась, равнодушно найдя себя наверху списка. Впрочем, сегодняшняя схватка доставила ей странное удовлетворение. Кто там следующий? Летающий дракон? Очень хорошо. Она ещё ни разу не дралась с настоящим драконом.

Вдруг Никки вспомнила…


Феликс-Олень! Он летал на крыльях, как юный бог — сделал два круга над стадионом уже в первом полёте, а через месяц порыв ветра опрокинул его в штопор. Феликс зацепился за склон, врезался в скамейки и сломал правую руку возле запястья — сразу два луча.


…Через месяц Феликс — вполне здоровый физически, с зажившими костями — вернулся на стадион, вышел с надетыми крыльями на стартовую площадку… и вдруг у него сделалось белое лицо, и он задышал, как астматик. Сердце его забилось с такой силой, что, казалось, эхо раздалось под куполом стадиона… Падение отняло его крылатую душу. Оказалось, что ему невыносимо страшно прыгнуть с обрыва — вернее, не ему, а его подсознанию. Оно запомнило болевой шок и тот психологический нокаут, когда смотришь на свою руку, такую верную и сильную всего мгновение назад, и которая вдруг безумно — глаз режет! — торчит в сторону и уже не часть твоего ловкого тела, а лишь чужой, беспомощный и очень больной кусок мяса…


— Перечисляю рыцарей-победителей в порядке предстоящих поединков Суперфинала! — крикнул профессор Демицелло.

— Джон Багстоун — чемпион Рыцарского Турнира прошлого года, Орден Леопардов, пятый курс!

Рыцарь Багстоун приветственно махнул публике любимым двуручным мечом.

— Граф Гленливет рю Шардонне, Дракон четвёртого курса!

Аристократ рю Шардонне очень гордился тем, что он НАСТОЯЩИЙ граф, потомок, кажется, одного из рыцарей Круглого стола короля Артура. Он картинно отсалютовал стадиону копьём с шёлковым шарфом на конце — наверное, подарком Дамы Его Сердца.

— Николь Гринвич — первокурсница-Леопард, первый раз на турнире!

Никки сидела на скамейке совершенно неподвижно. Профессор, сделав паузу, слегка разочарованно объявил:

— Начинаем первый поединок!


Шок от предательства твоего тела… в юности все думают, что будут жить вечно, а болезни и смерть — лишь для других… поэтому сломанная рука — это удар в поддых, беспощадный знак равнодушного мироздания: ты тоже уязвим и смертен…

^ Тиля-Сова после открытого перелома плеча никогда не приходит на стадион — даже болеть за друзей.

Феликс превозмог животный страх подсознания и сумел снова подняться в воздух, но летает он уже не как свободный смеющийся бог, а как испуганный комок нервов, зажатых в неуклюжем потном кулаке…


На коричневого Багстоуна спикировал небесно-голубой дракон с тремя маленькими головами на длинных змееподобных шеях. Багстоун стал отбиваться от него пикой, и его баллы на табло полезли вверх.

— Каждый дракон, — пояснял комментатор для совсем уж несведущих зрителей-новичков, — имеет ахиллесову пяту — уязвимое место, которое может быть где угодно — на пятке, языке, кончике хвоста, в середине спины. Удары по дракону оцениваются судьями по степени близости к пятну уязвимости. Сам рыцарь определяет расположение ахиллесовой пяты по эффективности своих ударов. Если он сумеет попасть в эту точку, то сразу выигрывает поединок. Если никто из участников не поражает дракона, победитель турнира определяется по набранным баллам.


Так вот оно что! Давай, Никки, признайся честно себе самой — ты испугана! Безумно, до дрожи… Испуг не в сознании, а в подкорке… запах горелой кожи и трещащих волос… ощущение безнадёжности и конца… отключение тела и скольжение во тьму…

Я слишком хорошо помню этот ужас… он врезан, вплавлен в меня, как в камень. Я не хочу умирать, и это не мысль сознания, а невероятно сильное и страстное желание подсознания… оно отчаянно боится снова попасть на безвыходную грань жизни и смерти…

^ Что же мне делать? Я хочу жить так, как жила всегда, но не могу — моё подсознание пропитано страхом и затоплено ненавистью…


Копьё Багстоуна сломалось, упёршись в бронированную грудь дракона, и коричневый рыцарь схватился за меч.

— Багстоун наконец нащупал уязвимое место своего дракона — серединную голову! Рыцарь пытается её достать, но мечом это сделать очень трудно. Эх, жаль, его копьё переломилось! Смело бьётся, смело! Мощный удар! Левой голове дракона явно стало не по себе… А-ах! Дракон выбивает меч из руки Джона Багстоуна и опрокидывает его на землю. Поединок закончен в пользу дракона! Дракон гордо улетает в загон — лечить голову, а ушибленного Багстоуна друзья отводят в Рыцарскую Ложу.

На поле вышел красивый смуглолицый граф Гленливет в зелёных латах и снова изысканно раскланялся со зрителями. Красный дракон со здоровенной головой на длинной шее и с висячими складками шкуры приземлился перед ним и дохнул огнём. Гленливет начал зондировать оборону монстра мечом, ловко уклоняясь от ударов мощных лап и отражая щитом клубы пламени. Минут пять искусного фехтования потребовалось ему, чтобы нащупать пятно уязвимости в центре груди дракона. Улучив момент, граф спрятал меч и взял копьё. С пятой попытки он достал копьём ахиллесову пяту дракона, прикрываясь от его огненного дыхания полурасплавленными остатками щита.


Я дерусь и ругаюсь из-за своего страха. И чем мне страшнее, тем больше я шумлю — пытаюсь заглушить свою трусость… лезу на рожон в Запретные Пещеры, рублюсь с дурацкими драконами, но самый главный дракон сидит во мне — это такой объяснимый, такой подлый, такой родной страх… он вырос в тени той тележки… мы с ним лежали там в обнимку и накрепко срослись… он ревнив и оттолкнул всех моих друзей, даже Джерри…

^ Этот дракон — выкормыш мрака и ужаса — сосёт и гложет меня изнутри, и от прежней Никки осталась лишь одна пустая шкурка…


— Гленливет рю Шардонне победил! — кричал комментатор. — Дракон склоняется перед ним и разрешает залезть на свою шею. Гордый победитель в опалённых доспехах совершает на драконе традиционный круг почёта! Превосходная, чистая победа! Граф приземляется на Лужайку Награждений, и множество девушек всех орденов встречают его цветами и объятиями! Как приятно видеть — даже немного неожиданно для меня! — что у этого благородного вида спорта столько искренних болельщиц!


Я была самым свободным и бесстрашным человеком в этом скованном и испуганном мире — пока он не набросил свои цепи и на меня. Я вздрагиваю от теней и вида тёмных коридоров… Я бреду на немеющих ногах по холодной воде уныния, и моя шея мозжит от постоянной душевной боли.

^ В Рождество окружающий мир ярко светил мне… сейчас же он чёрен с угасающими огоньками моих редких друзей.

Я вижу вокруг не прекрасных принцесс, а свирепых ящеров — настоящих, не бутафорских… Да что там ящеров — просто гиен, беспощадных, отнюдь не благородных и омерзительных до тошноты!


Никки встала со скамьи, зашнуровала доспехи, взяла меч и щит.


Я так радовалась, что вырвалась с астероида, попала к людям, а тут Железный Дровосек с резаком… потом громила… и зеркальный убийца… Они меня доконали. Жестокие сволочи! Все они сгинули, но успели пройтись по моей душе стальными ногами, и я больше не могу быть счастливой, не могу петь и радоваться жизни…

Волны мрака бились в мою солнечную оранжерею и, наконец, обрушили её стены. Мир мой разорён, и пируют в нём холодный страх и мутная злоба. Кости души моей переломаны. Как исцелить её? Как прогнать из моего сердца леденящий ужас?


Никки медленно, чего-то боясь, снова обернулась — и опять встретилась глазами с Джерри. Он ласково улыбнулся и ободряюще махнул рукой — как-то особо, только ей… В груди Никки вспыхнул радостный тёплый огонёк, и она шагнула навстречу своему дракону, уже вылетевшему из загона и быстро приближающемуся.

И тут Никки вздрогнула, словно от удара током…

Этот дракон был по-настоящему страшен. Жёлтые бешеные глаза, зловонное шумное дыхание, клейкая пена, свисающая из пасти, быстрые хищные движения головы с острыми многорядными зубами, четыре мощные лапы с футовыми тёмными когтями, зловеще светлыми на тонких концах. Даже передняя кромка огромных крыльев щерилась зазубренной бритвой. От одного взгляда монстра древняя и давно исчезнувшая шерсть на спине вставала дыбом, а на лбу выступал холодный пот. Дракон источал вокруг себя густые миазмы опасности и ужаса…

…и в довершение всего у него была зеркальная бронированная шкура!

Никки смертельно побледнела, сердце её ударило в набат.

Дракон с гулом тяжёлого бомбардировщика промчался над Никки и молниеносным движением шипастого хвоста сшиб её, как кеглю. Никки покатилась кубарем по земле и едва успела встать, как дракон снова развернулся для атаки.

В её гудящей от падения голове раздался тревожный голос Робби:

— Он двигается слишком быстро для тебя! Здесь что-то не так! Даже я не могу тебе помочь!

Дракон спикировал на Никки столь стремительно, что она чудом успела отпрянуть, распластавшись по траве и даже не думая об ответном ударе.

Но вот Никки стряхнула оцепенение, приготовилась, и, когда дракон налетел ещё раз, она прыгнула ему под брюхо и ударила мечом снизу вверх, испытав сильную боль отдачи в руке. Результатом был лишь металлический звук. Колючая блестящая чешуя покрывала тело дракона целиком, отсвечивая возле лап радужной закалённой бронёй.

В последующие долгие минуты Никки пришлось выложиться до конца. Она нанесла зеркальному дракону десяток бесполезных ударов мечом, а он сжёг половину её щита и немилосердно ударил острой кромкой крыла по левому предплечью, сорвав часть доспеха. Плечо сразу набухло обширным синяком-ссадиной.

Робби всё время скулил, что дракон неправильный, пятно уязвимости никак не определяется, и это просто засада!

Ослепительно горящий на солнце дракон несколько раз так сбивал девушку с ног, что она много метров летела, кувыркаясь по земле, и, кроме всего прочего, сильно рассадила колено о собственный щит.


Этот дракон меня насмерть замучил… бронированная летающая задница… Может, это новое покушение? А вообще — какой ерундой я тут занимаюсь… на кой чёрт мне это надо? Плюнуть на всё и уйти к себе, зарыться в подушку и забыть обо всём…


Никки вдруг остановилась и сорвала с головы шлем. Потом бросила на землю меч и щит, повернулась к дракону спиной и побежала.

Стадион взвыл, засмеялся и засвистел.

Девушка домчалась до скамеек, где оставила свои вещи, и схватила копьё. Мгновенно надев крылья, она разбежалась, оттолкнулась и взмыла в воздух прямо с травы. Поток на границе лужайки подхватил её и понёс вверх. Дракон ринулся на перехват, но Никки вовремя свалилась в пике через левое крыло и скользнула под брюхом зверя на другой край поля. Пока неповоротливый дракон разворачивался, она нашла термик и успела набрать высоту.

— Давно уже никто не летает в битве с драконом! — Удивлённо и азартно кричал профессор-комментатор. — Одна рука управляет крыльями, другая — держит меч или копьё… На щит рук уже не хватает… А трёхметровые крылья сжечь очень легко, их даже щит не закроет! О, важная новость: главный судья соревнования отдаёт приказ технической группе о прекращении турнира — в таких условиях мы не можем обеспечить безопасность участника. Вот кибернетики пытаются приземлить дракона, но у них это не получается… то ли связь с кибермозгом стала нестабильной из-за какого-то повреждения, то ли дракон переключился в автономный режим… Сейчас специалисты пытаются понять, в чём дело…

Израненная и смертельно усталая девушка уже не пыталась драться с драконом. Маневрируя, она обогнула опасного монстра, потом поднялась повыше и стала парить над ним. Никки зажмурила глаза и прощупала дракона всеми доступными ей дополнительными чувствами. Она различила его сложную электронную требуху… энергоустановку… силовые цилиндры к крыльям… Вот два отверстия, через них дракона, наверное, программируют и тестируют — квадратный люк на крестце… и ещё маленький овальный лючок на холке возле самой шеи…

— Никак не удаётся посадить дракона на землю, — продолжал встревоженным голосом профессор спорта. — Судя по всему, кибер вышел из подчинения, и схватка с ним представляет реальную опасность для мисс Гринвич! Может, пора эвакуировать и болельщиков?


О боги… Дракон такой огромный и железный, а я так устала… Я совсем не прежняя неутомимая Никки, я уже не птица, я не плачу и не смеюсь… Я — никакая… даже между мной и Джерри всё сгорело… Как мне хочется вернуть ту искру между нами…


Никки посмотрела вниз и увидела на краю поля Джерри, вскочившего в волнении на ноги и протягивающего к ней руку в тревожном жесте. Он ждёт, он верит в неё! Никки вспомнила рождественский бал, ласковые ладони Джерри — и вдруг почувствовала, как на её избитых губах расцветает жаркое пламя Первого Поцелуя.

Тёплая волна энергии пробежала по её уставшему телу.

Никки расправила крылья и стремительно взлетела вверх, под самый купол, а потом отбросила крылья в сторону — как старую ненужную вещь. Стадион громко ахнул, а ногти Джерри до крови вонзились в ладони. Никки, закрыв глаза, камнем стала падать с головокружительной высоты трёхсот футов.

Она неминуемо разобьётся о землю!

На высоте ста футов над полем самодовольными кругами парил дракон. Зрители с замершими сердцами следили, как на громадного зеркального зверя отвесной стрелой летит маленькая фигурка в доспехах цвета запёкшейся крови. Никки держала в руках копьё и вопила какой-то яростный боевой клич.

Перед самой встречей с врагом она взмахнула оружием и добавила к стремительности падения ещё и силу своих ускоренных до предела мышц. Копьё с громким хрустом глубоко впилось в крестцовый люк дракона, спрятанный под текстурной голограммой чешуйчатой шкуры, и сломалось.

Девушка сильно ударилась о спину чудовища.

Дракон содрогнулся и оглушительно затрубил. Крылья зверя хаотически затрепетали, и он свалился во всё ускоряющееся пикирование.

Оглушённая столкновением, Никки пыталась удержаться за обломок древка копья, застрявшего в чешуйчатой спине.

Махина летающего монстра с грохотом врезалась в центр поля, выкопав в земле глубокую яму. Никки подбросило, ещё раз ударило, и она, исцарапавшись, съехала по шипастой зеркальной чешуе к шее дракона. Он потерял способность летать и быстро двигаться. Из его крестца валил густой дым, но он всё ещё мог ползать и по-прежнему крутил головой вслед за Никки, пытаясь слизнуть её со спины длинным языком пламени.


^ Так ты, железная скотина, зеркальный ублюдок, решил, что напугал и раздавил меня навсегда?


Собрав остаток сил, Никки оседлала блестящую чешуйчатую шею раненого зверя и высоко подняла двумя руками своё последнее оружие — тонкий длинный кинжал. В это мгновение зеркальный сверкающий дракон превратился в аспидно-чёрное чудовище, гигантскую кляксу из бездонной черноты, без структур и деталей. «А, тварь, заёжилась!» — сидя верхом на этом сгустке МРАКА, Никки закрыла глаза, глубоко вздохнула, как перед прыжком в воду, и с силой вонзила кинжал в холку дракона, целясь в невидимый приборный лючок. Раздался протяжный треск, горелое шипение, и по чёрному телу зверя прошла ослепительная волна конвульсии. С оглушительным рёвом драконья голова взвилась вверх на длинной шее, чуть не сбросив Никки, замерла и с гулом грянула оземь.

Несколько механических судорог — и наконец зверь распластался мёртвым бездыханным холмом. Наступила звенящая тишина, в которую бились далёкие волны шума. Никки перевела дух, уронив голову на руки, и устало сползла с толстой шеи монстра — просто рухнула на прохладную, замечательную лужайку…

Мир вокруг Никки качался, и она крепко вцепилась в стриженую траву, обняв землю и тесно прижавшись к её надёжной груди. Мысли девушки-рыцаря перестали мчаться гневным аллюром, а сквозь зелёные измятые стебли травы проросла странная и умиротворяющая идея:


^ Этот мир был миром моих родителей… они здесь родились, жили и радовались… Я должна понять и простить его… победить себя и помочь ему…


Перед глазами еле живой Никки, лежащей на травяном поле, высился бок дракона. Чешуйчатая шкура исчезла, и зеркально-чёрное страшное чудовище превратилось в большую и сложную, но совсем не пугающую конструкцию из металла и пластика, чипов и силовых цилиндров. Из дракона тянуло лёгким дымком и химической вонью. К усталой и избитой Никки подбежали люди. Её подняли на ноги, стали вперебой кричать ей в лицо, но она отмахнулась от всех и побрела к выходу со стадиона.

Перед глазами возник до предела взволнованный Джерри, что-то говорящий ей и куда-то показывающий. Никки протянула ему навстречу правую руку — левая категорически отказывалась подчиняться — и пробормотала в ответ:

— Да пошли они под хвост Тарантулу со своим Кубком! Как дети, честное слово…

Она споткнулась и стала падать. Джерри подхватил её…


Никки проснулась в своей кровати, недоуменно посмотрела на часы и присвистнула — был уже гринвич-вечер следующих суток. Она плохо помнила, как попала в свою комнату. Кажется, её нёс на руках Джерри, и ей было хорошо и спокойно. Наверное, он притащил её прямо сюда, и она сразу заснула.

Впервые за много недель она дрыхла как убитая — без снов и кошмаров. Никки посмотрела в тёмное окно, где в ярком свете Земли серебрились башни замка. В её груди перекатывалось какое-то странное ощущение. Что такое с ней? Она провела рукой по избитому плечу и зашипела от боли, потом сняла с себя забытый вчера наколенник.

Душ отлично взбодрил её, но она так и не могла взять в толк, что с ней происходит. Никки налила себе кофе, поднесла чашку к губам и тут поняла…

А! Она очень хочет есть!.. Не ела, кажется, целую вечность… Она мечтает о вкусной еде… Так давно не чувствовала вкуса еды… Сейчас она может съесть лосося целиком!

И ещё — она хочет увидеть Джерри, сказать ему спасибо, поболтать, прогуляться к озеру… Она сто лет не говорила с ним по-человечески… не дышала свежим лесным воздухом… не дразнила забавного и серьёзного енота, живущего под здоровенной корягой…

И самое главное — она без животного ужаса может вспомнить ТОТ тоннель и зеркального убийцу в нём!

Так вот оно что!

Она вчера одним махом поразила сразу ДВУХ драконов!

У Никки перехватило дыхание.

Значит, вот как надо поступать, если не хочешь жить расплющенным: нужно биться со своим страхом до изнеможения, долго и насмерть… либо ты его раздавишь, либо сам умрёшь!

Никки захотелось закричать и вдребезги расколотить что-нибудь о стенку, но она сдержалась, перевела дыхание и аккуратно поставила кофейную чашку на столик. Потом сделала глубокий вдох, приходя в себя, и посмотрела на часы — наступило время ужина. Она прилепила на больное плечо и ушибленное колено обширные куски обезболивающего пластыря и не спеша оделась.

Девушка шла в кафе и смотрела вокруг новыми глазами.

…Отполированный тысячами рук студентов поручень лифта лёг в ладонь дружеским рукопожатием.

…В окне мелькнула озёрная чайка, оставив в душе светлый росчерк.

…Полутёмный уютный холл поприветствовал Никки мелодичным перезвоном и торжественными ударами старинных напольных часов — может, само время одобрительно махнуло ей маятником?

Она вошла в кафе в приподнятом настроении. Стайка Оленей робко поздоровалась с ней, и она приветливо им ответила.

Все её друзья уже сидели за столом.

— Добрый вечер! — Никки поздоровалась так радостно, что Джерри, Дзинтара и Хао посмотрели удивлённо на неё и ответили вразнобой. — Простите меня — я была плохим сотрапезником последние месяцы… — Никки пододвинула к себе поднос с едой.

— Просто ужасным, — откликнулась Дзинтара. — Я уже подумывала о перемене стола со следующего сентября.

С Дзинтарой часто непонятно — шутит ли она или говорит всерьёз.

— Я была больна, — сказала Никки, — сильный посттравматический шок.

— А как ты сейчас? — спросила Дзинтара с искренним сочувствием.

— Выздоровела, — коротко ответила Никки и с невероятным аппетитом навалилась на лосося.

— Слава Андромеде! — расцвёл в широкой улыбке счастливый Джерри, глядя на усталое, но просветлённое лицо Никки с яркими синими глазами.

— Я закажу тебе порцию моцареллы — сыр совсем неплох, — обрадовалась и Дзинтара, глядя на то, как Никки управляется с едой. А Хао побежал на кухню — приготовить для Победительницы Драконов зелёный чай по древнему китайскому рецепту.

После ужина Никки потянула Джерри в парк, чему он сначала просто не поверил. Стояла двойная ночь — двухнедельная астрономическая тьма дружески слилась с циркадным колледжским вечером; основное освещение купола уже выключили, и только дорожки в парке были освещены.

Только отошли от замка, как Никки сильно захромала.

— Разбила вчера колено! — подосадовала она.

— Хочешь, понесу? — с робкой надеждой спросил Джерри.

— Давай, — легко согласилась Никки, — я помню, ты вчера тащил меня всю дорогу до замка… Спасибо тебе за это.

— Луну только затем стоило освоить, что здесь сколько угодно можно носить девушек на руках! — пошутил Джерри и, осмелев, подхватил её.

— Ты сильный, у тебя широкие плечи… — сказала Никки, уютно устроившись.

— Я же землянин, — смутился Джерри, — в отличие от вас — косможителей и лунатиков.

— Прости меня, Джерри, что накинулась на тебя… тогда, когда ты заснул на моей кровати… — ласково произнесла Никки и захватила прядь его волос в ладонь. — Прости, это была не совсем я… даже совсем не я.

— Я знаю… — вздрогнул от ледяного воспоминания Джерри. — Всё хорошо, не беспокойся больше об этом.

Он, совершенно счастливый, нёс её по дорожкам тёмного парка, а Никки согрелась в гамаке его рук и задремала под удары Джерриного сердца. Потом она встрепенулась и сонно окликнула:

— Джерри?

— Я здесь, Никки, всё в порядке, спи…

Она снова успокоилась и крепко заснула. Поспать — самое полезное дело после битвы с драконами.

Никки очнулась через час. Она лежала на мягком пляжном диване-качелях. Джерри сидел рядом, и её голова покоилась на его коленях. Вокруг была серебристая лунная ночь и плеск озёрных волн. Пустынный пляж подсвечивался фонариками и светом земной полусферы.

— Извини, Джерри, я очень устала вчера… — Никки потёрла глаза. — Всё время в сон клонит.

— Не нужно извиняться, — сказал Джерри, — я был рад тебя убаюкать… Всегда зови, когда тебе надо поспать…

— Мне сейчас снилось что-то не очень приятное, — поёжилась Никки.

— Всем людям снятся неприятные сны… — успокаивающе кивнул Джерри. — Сейчас ты спишь просто замечательно — по сравнению с прошлыми кошмарами…

В тёмном озере что-то всплеснуло и шумно фыркнуло. Никки настороженно посмотрела во тьму, потом повернулась к Джерри и жалобно, по-детски, спросила:

— Ты думаешь, всё пройдёт?.. Всё будет хорошо?..

— Уверен в этом, — действительно уверенно сказал Джерри. — Ты очень сильный человек — и справишься.

Никки прерывисто вздохнула и забралась с ногами на диван-качели.

Джерри хмыкнул:

— Жаль, что такое сильнодействующее лекарство против депрессии: побить двух драконов за день и чуть самой не погибнуть при этом — нельзя прописать обычным больным. Я сам вчера чуть не умер от страха за тебя. Робби считает, что кто-то задал предельную агрессивность и автономность дракона — такой режим предусмотрен программой и включить его несложно. Но непонятно — была ли это злая шутка или жестокий расчёт… Ударом кинжала ты замкнула кибермозг на силовой кабель, и процессор дракона полностью сгорел — восстановить командный блок вряд ли будет возможно… Робби полагает, что покушение более вероятно, чем шутка. Кто-то понадеялся на удачу, но она была на твоей стороне…

Ночное озеро чуть слышно плюхало волной.

— Джерри, у меня к тебе просьба — расскажи мне о Земле… — неожиданно попросила Никки. — Ты так хорошо рассказываешь… Ты бывал где-нибудь ещё, кроме родной Вирджинии?

— Конечно, мы с родителями шлялись по многим местам. Правда, я был мал и плохо помню эти поездки… так, отдельные картинки.

— Всё равно — расскажи. Мне это нужно.

— Ну… мы путешествовали несколько раз в году — иногда по неделе, но чаще — пару дней. Мы втроём прыгали в машину в пятницу вечером, мчались в аэропорт Далласа и проводили уик-энд в месте, где ни разу раньше не были. Конечно, выбирали, куда поехать, долго и с удовольствием, даже шумно спорили…

— А ты был в Тампе? — спросила Никки со странным выражением лица.

— Да, но совсем ребёнком… ничего особенного не припоминаю, разве что песок во Флориде хороший… А! У меня самая красивая ракушка — из Тампы! Родителям там нравилось, они часто вспоминали знаменитый местный ресторан в итальянском стиле, в котором сами официанты под рояль распевали классические арии и народные итальянские песни. Люди туда ходили не столько есть, сколько слушать… Мама говорила, что там звучали просто оперные голоса… Главное моё личное впечатление от Флориды — это крокодил. Вышли на берег маленького прудика у автостоянки, я ору и показываю рукой папе: «Смотри — крокодил!» А тот в метрах десяти, одна морда с глазами торчит из воды и — раз! — погрузился в глубину. Через несколько секунд эта пятифутовая гадина всплывает возле самой моей протянутой руки — бесшумно и зловеще, как атомная подлодка… Вполне мог тяпнуть — решил бы, что еду протягивают… Папа говорил, что у крокодила реакция во много раз быстрее, чем у человека…

Джерри помолчал, глядя в мерцающую темноту озера.

— В Шотландию родители меня привезли на знаменитый поттеровский фестиваль. В Эдинбурге на крутой горе стоит старинный замок… Был крепостью, стал памятником и частью шоу-бизнеса… А потом папа захотел поклониться каким-то античным «Биттлз» и потащил нас в Ливерпуль. Этот мрачный город я запомнил из-за ужасного геносумасшедшего. Его везли в инвалидной коляске на прогулку по старым докам, а он бессмысленно смотрел в серое низкое небо и периодически вопил так громко и безумно, что мороз по коже… Мама схватила меня за руку, и мы оттуда убежали со всех ног…

Юноша почему-то улыбался — мягкой блуждающей улыбкой.

— Набережную Тибра в Риме помню — почему-то заброшенную и заросшую бурьяном. Жара… улицы, машины, туристы кипят уровнем выше, а на набережной тихо, сядешь на ступеньку, опустишь усталые босые ноги в прохладную воду, а там маленькие рыбки снуют… И бурный Тибр бежит сквозь древний мост, как и тысячелетия назад… Вокруг кипят страсти, льётся кровь, империи возникают и рушатся, а он бежит — плавный и стремительный, как сама история… Какая-то в нём чувствовалась вневременная мощь… Ещё запомнил тиару римского папы в окне ватиканского собора, старик что-то говорил, куда-то звал… кругом толпа слушает, колу попивает и шляпами обмахивается… В Венеции удивительное море — вровень с мостовой… и легко захлёстывает её любой волной… вода плещется прямо по мраморному полу собора Святого Марка, и люди ходят по временным мосткам, и вокруг странная смесь вечности и бренности… Помню длинное горное озеро Лаго-ди-Комо в Северной Италии… грандиозный фейерверк в честь юбилея какого-то местного яхт-клуба, уютные виллы на берегу, весёлых людей с бокалами, музыку, мамин смех…

— И они всё время брали тебя с собой? — с завистью спросила Никки.

— Всё время! — гордо ответил Джерри. — Только глубоким вечером, когда я засыпал, они ходили куда-нибудь одни — в ресторан, на концерт… А в Лондоне — огромная стая голубей на Трафальгар-Сквер: стоишь с зерном в руках, а они вокруг тебя — как живая вьюга… Сверху на это смотрит большущий бронзовый лев, и папа мне помог на него забраться… И потрясающая задумчивая химера на стене Вестминстерского аббатства — дракон, свернувшийся кольцом и подперевший голову когтистой лапой… дракон-мыслитель… какую тысячелетнюю мысль он думает? В Киото цапля стоит на длинной ноге в мелкой речке. А в реке дно вымощено булыжником — как старинная мостовая… Император Японии с супругой в национальном кимоно пришёл на папин математический симпозиум — поприветствовать учёных мира… интеллигентный человек-символ… В Наре, древнем священном японском городе, олени ходят по улицам, делают лужи на тротуарах… а в буддистском храме есть толстая деревянная колонна счастья, а в ней — узкая квадратная дыра. Пролезешь — и будет тебе счастье. Я пролез, конечно. Как вспомню — так клаустрофобия наваливается… С тех пор безмерно счастлив… у-у-у… даже не знаю, куда его девать, счастье-то…

Никки молча положила руку на плечо юноше.

— Калифорния… Голливуд?.. — нет, ничего не запомнил… разве что отпечатался мёртвый тюлень на пустынном каменистом пляже… На Гавайи прилетели, на Большой Остров — думал, тихоокеанские джунгли увижу, а вокруг аэропорта — бесконечное поле вулканической пемзы… редкие пляжи состоят из трёхцветного песка — белый коралловый, чёрный вулканический и зелёный оливиновый… Прибой намывает розовые дюны из обломков коралловых рифов, и на них растут дикие кокосовые пальмы с солёным «ореховым» молоком… а на дне мелкой прозрачной лагуны я нашёл сиреневые кораллы-цветы. В Гонолулу все дикие голуби — белоснежные… наверное, чёрные птицы гибнут летом от теплового удара… Купались с папой на пляже Вайкики, заплыли далеко, а тут — отлив, и нас понесло в море, да быстро… кругом люди плавают на каноэ и скутерах, можно закричать: спасите! — да как-то не хочется… Папа говорит: цепляйся за пояс! — и ка-ак поплыл — почти час выгребали против течения… папа устал ужасно… Договорились — маме про купание не рассказывать. Секрет! Она по магазинам бродила, и мы пошли ждать её в торговую плазу. Снаружи жара — за сто фаренгейтов, а внутри — ледяной каток, дети на коньках носятся. Сидим с папой в кафе, капуччино пьём, отдыхаем, а по зданию воробьи летают. Пол гладкий, воробьишка приземляется и скользит по мраморным плитам, как по катку — умора! Видел выступление испанского танцора фламенко. Худой человек в простых брюках и рубашке… быстр и лёгок, как бог, а потом я увидел — при каждом резком движении с его лица разлетается веер капелек пота… Оказывается, легко танцевать — это тяжёлый труд… В Париже помню зверей в клетках зоомагазина возле моста у Самаритянки…

— Где-где? — воскликнула изумлённая Никки.

— …возле моста у Самаритянки… А что?

— Ты «Трёх мушкетёров» читал?

— Нет.

— Эх… ну давай дальше… а как выглядит Лувр? Это дворец? В ограде?

— Скорее, огромное здание, размером в несколько кварталов.

— И там есть потайные калитки?

— Ну… во дворце много самых разных дверей на соседние улицы.

— Шикарно…

— А в самом Лувре врезалась в память — да так, что мороз по коже — «Джоконда» под бронированным стеклом… туристы кругом толпятся, орут, фотографируют, а она — бессмертная Мона Лиза — с улыбкой жалости смотрит на наш потный, суматошный недолговечный мир… И, наоборот, портрет молодого человека в галерее французской живописи… как живой — молод, взволнован, нервный румянец на щеках и смотрит в будущее с надеждой — только начинает жить! Но на самом деле он уже умер сотни лет назад в полной безвестности! И осталась от него лишь эта картина. Но он ничего ещё не знает — с него пишут портрет, а он, волнуясь, смотрит в будущее, верит в него и совсем не думает о смерти. Я как осознал это, то чуть не рухнул от ужаса. Этот портрет — настоящая машина времени. История как мельница — беспощадно размалывает прошлое в смазку для будущего. Мы смотрим с мечтой вперёд, но пройдут сотни лет, и останется ли от нас хоть эхо наших несбывшихся надежд?

— Ты всё-таки бывал в королевском дворце! — воскликнула Никки.

— Королей там уже нет, а дворец без короля — это просто музей… В Москоу мы приехали посмотреть на знаменитую русскую ёлку и Большой балет. Никогда не думал, что можно так воздушно танцевать. А когда девчонки кордебалета замирают неподвижно в линии, то делают вид, что они серьёзные и невозмутимые, а на самом деле — глаза живые, сверкают, и хитрые улыбки неудержимо пробиваются сквозь чопорность, как свет сквозь шторы. Чёрный город, белый снег. Шаги там скрипят, а смех звенит. Деревья стоят из хрусталя, а воздух лёгок и перемешан с мелкими блестящими снежинками… Странное место, где всё время звучат колокола, как будто хоронят время. В Южной Италии запомнил Помпеи, древний город, откопанный из-под вулканического пепла. Представляешь, Никки, в его каменной мостовой повозки оставили глубокие колеи… След движения колёс истории… В последнюю свою поездку… родители и я прожили неделю в маленьком тихом итальянском отеле, на скалистом обрыве над южным морем. По утрам мы завтракали на прохладной открытой террасе, выложенной каменной плиткой. Мама говорила, что нигде не купалась в таком прозрачном ласковом море, не пробовала столь вкусной еды и лёгкого вина. Они были там очень счастливы… и я тоже…

Джерри замолчал.

— Ты полагаешь, что человечество не так уж и безнадёжно? — серьёзно спросила Никки.

Наступила звенящая тишина. Даже озеро перестало хлюпать волной.

— Думаю, да, — без улыбки ответил Джерри. — Мои и твои родители были родом оттуда.

Ветерок прошелестел в тёмных зарослях облегчённым вздохом.

Никки взяла руку Джерри в свои жёсткие ладошки, на которых после вчерашних боев прибавилось царапин.

— Спасибо тебе большое, Джерри… Это важно, ты мне здорово помог. А сейчас мне надо побыть одной.

— Ты в порядке?

— Да, мне так хорошо давно не было — я как будто много месяцев сидела в тёмном вонючем подвале… и вдруг вышла на свет, и всё вокруг такое яркое, тёплое!

— Я понимаю… — уверенно сказал Джерри.

— Но мне надо о многом подумать.

Джерри медленно встал с дивана. Ему вдруг очень захотелось наклониться и поцеловать Никки, но он сдержался и сказал себе твёрдо: не смей приставать к раненой девчонке со своими чувствами. Ты помнишь, что она тебе сказала? Ты будешь ей другом и только другом… «Пока она сама не передумает!» — пискнул с надеждой тоненький голосок из приоткрывшегося деревянного сундука. Джерри резко захлопнул крышку:

— Выздоравливай как следует, Никки. Это сейчас важнее всего…

Джерри уходил по пустынному ночному пляжу, стараясь не оглядываться, а Никки смотрела на него с тёплым чувством… он очень хороший друг, и как здорово, что они помирились…

Джерри скрылся за поворотом тропинки, и Никки перевела глаза на тёмные волны, набегающие на песок.


Наконец-то я могу думать обо всём без тумана паники в голове и животе… И вот что я вам скажу — с глупыми железными чучелами я больше драться не буду, у меня есть свой супердракон, гораздо свирепее и огромнее, которого мечом не возьмёшь, против него надо ещё найти оружие…

Опасно? Что страшнее — самой нападать или ждать, когда за тобой придёт очередной убийца? Боюсь ли я за свою жизнь? Спасибо дохлому крылатому ящеру — главное, чего я сейчас боюсь, — что мне будет стыдно за себя, и моим родителям будет неловко за меня… а все остальные страхи — мелочь…


В озере кто-то снова гулко вздохнул, и в ответ из прибрежных кустов нервно и монотонно закричала перепёлка.


Я не могу отдать МОЙ мир на растерзание злобному монстру, который вынашивает какие-то вонючие планы и ядовито кусает всех вокруг… Убийца моих родителей мёртв, но кто-то же его послал? Я должна узнать, кто ОНИ! Чего ОНИ хотят? Как можно сорвать их планы? Подойдём к этому как к системной задаче и посмотрим, что можно сделать…


Никки гибким движением спрыгнула на песок.


^ Ты нарвался, невидимая скотина!

Я принимаю твой вызов.

Я научилась биться с драконами.

Трепещи, я иду.


Девушка глубоко вздохнула и зашагала прямо в озеро. Вода заполнила кроссовки и намочила комбинезон. В чёрной глубине вспыхнул изучающий зелёный глаз, и что-то коснулось Никкиного колена. Плещущая вода плотно сжала одежду и быстро достигла талии, но Никки зашла ещё глубже и медленно поплыла к еле видному острову, разводя тёплую чёрную воду руками.

Лицо девушки было сосредоточенным.

Она выжимала из себя остатки страхов и топила их в чернильной глубине.


^ Я просто слышу смех: «Девочка, спасающая человечество!»

Вот что я вам скажу, трезвоголовые, прочнозадые и унылодушные…

Человек с мозгами — главная сила этого мира!

Человек должен иметь смелость замахиваться на невозможное, думать о немыслимом и надеяться в одиночку спасти всю планету.

^ Вы променяли свои гениальные мозги Хомо Сапиенс на подленькие удовольствия и дешёвое взаимовосхищение.

Ваши мечты звенят кучкой медяков.

Самое пылкое ваше чувство — жгучая ненависть к тем, кто не продал свою жизнь за бесценок.

Бедняги!

Я подумаю, что можно сделать для вас.

Потому что я больше чем равнодушный бог, я — всемогущий Человек.



glava-4-osnovnie-pedagogicheskie-idei-yunusova-i-ih-znachenie-dlya-razvitiya-mediaobrazovaniya.html
glava-4-osnovnie-sostavlyayushie-umstvennoj-odarennosti-umstvennaya-odarennost-ee-psihologicheskie-proyavleniya.html
glava-4-osobennosti-fizicheskoj-podgotovki-prikaz-ot-21-aprelya-2009-g-n-200-ob-utverzhdenii-nastavleniya-po-fizicheskoj.html
glava-4-osobennosti-osushestvleniya-gosudarstvennogo-nadzora-i-kontrolya-v-bankovskoj-sfere.html
glava-4-osobennosti-upravleniya-innovacionnoj-deyatelnostyu-uchebnoe-posobie-tyumen-izdatelstvo-tyumenskogo-gosudarstvennogo.html
glava-4-osobost-stilya-i-bogatstvo-obraznih-sredstv-u-mandelshtama-diplomnaya-rabota-tema-publicistichnost-prozi.html
  • kanikulyi.bystrickaya.ru/zadachi-kursa-biznes-kak-sistema-vzaimodejstviya-mezhdu-finansovoj-hozyajstvennoj-i-investicionnoj-deyatelnostyu-sfera-prinyatiya-reshenij-upravlyayushimi-na-predpriyatii-stranica-16.html
  • institut.bystrickaya.ru/tema-5-bankovskij-vklad-depozit-bankovskij-schet-uchebno-prakticheskoe-posobie-po-kursu-bankovskoe-pravo-soderzhit.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/psihicheskoe-zdorove-v-germanii-i-rossii-klinicheskaya-i-issledovatelskaya-iniciativa.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/spravka-ob-itogah-kompleksnoj-inspekcionnoj-proverki-po-soblyudeniyu-zakonodatelstva-v-oblasti-obrazovaniya-i-kontrolyu-kachestva-obrazovaniya-v-atninskom-municipalnom-rajone-respubliki-tatarstan.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/zadachi-obuchayushie-poznakomit-s-zhiznyu-i-tvorchestvom-sovremennogo-pisatelya-b-ekimova-viyavit-syuzhetno-kompozicionnie-osobennosti-rasskaza.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-po-discipline-zheleznodorozhnij-put-dlya-studentov-4-5-kursa-specialnostej-290900-stroitelstvo-zheleznih-dorog-put-i-putevoe-hozyajstvo-zhd-stranica-3.html
  • reading.bystrickaya.ru/lekciya-3-mehanicheskie-svojstva-materialov-kurs-lekcij-po-predmetu-materialovedenie-i-tkm.html
  • turn.bystrickaya.ru/organizacionnie-voprosi-uchastie-v-konferencii-vozmozhno-kak-s-dokladom-tak-i-bez-nego-dlya-uchastiya-v-konferencii-neobhodimo-v-srok-do.html
  • laboratory.bystrickaya.ru/zhanr-pkareski-v-lteratur.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-po-elektrotehnika-i-elektronika-discipline-dlya-specialnosti-650500-zemleustrojstvo-i-zemelnij-kadastr.html
  • institute.bystrickaya.ru/globalizaciya-strahovoj-otrasli-stranica-11.html
  • nauka.bystrickaya.ru/vladimirova-irina-nikolaevna-uchitel-russkogo-yazika-i-literaturi.html
  • occupation.bystrickaya.ru/metodicheskoe-obespechenie-dlya-gruppi-gsz-08-na-3-semestr-2009-2010-uchebnogo-goda.html
  • gramota.bystrickaya.ru/yan-oleshkovskij-aka-maddog-sw-teni-chernobilya.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/reprezentaciya-znanij-stranica-41.html
  • holiday.bystrickaya.ru/novij-produkt-optika-i-zerkala-obshee-opisanie.html
  • tests.bystrickaya.ru/menedzhment-v-apk.html
  • student.bystrickaya.ru/16-delovaya-vstrecha-industriya-gostepriimstva-i-turizma.html
  • institute.bystrickaya.ru/fakultet-zhurnalistiki.html
  • obrazovanie.bystrickaya.ru/proekt-po-gidroekologii-issledovanie-sostoyaniya-vodnih-obektov-g-buzuluka-i-buzulukskogo-rajona.html
  • assessments.bystrickaya.ru/elektroprivod-teleskopicheskogo-kormorazdatochnogo-transportera.html
  • studies.bystrickaya.ru/chernij-avtor-richard-rajt-dlya-menya-bolshaya-chest-pisat-predislovie-k-sborniku-100-zapreshennih-knig-cenzurnie.html
  • obrazovanie.bystrickaya.ru/programma-disciplini-yuridicheskaya-terminologiya-v-latinskom-yazike-dlya-specialnosti-030501-65-yurisprudenciya-1-ya-stupen-visshego-professionalnogo-obrazovaniya.html
  • spur.bystrickaya.ru/kolichestvo-pedagogicheskih-rabotnikov-v-ot-obshego-chisla-effektivno-ispolzuyushih-celostnie-obrazovatelnie-tehnologii-v-obrazovatelnom-processe.html
  • report.bystrickaya.ru/klass-prioritetnogo-dostupa-na-zare-razvitiya-mobilnoj-svyazi-a-bilo-eto-ne-tak-davno-v-nachale-vosmidesyatih.html
  • textbook.bystrickaya.ru/inter-rao-gazprom-energoholding-moskovskie-novosti-15.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/prikaz-292-ot-31-08-2011-g-mou-sinyavskaya-sosh-osnovnaya-obrazovatelnaya-programma-nachalnogo-obshego-obrazovaniya-osnovnaya-obrazovatelnaya-programma-stranica-8.html
  • report.bystrickaya.ru/istoriya-anglijskogo-yazika-i-vvedenie-v-specfilologiyu.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/psihologicheskie-issledovaniya-udk31661374-koncepciya-samoobrazovaniya-osnovnieponyatiyaistruktura-10-udk159.html
  • nauka.bystrickaya.ru/uroki-fiziki-kirilla-i-mefodiya-7-klass.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-po-prirodovedeniyu-mou-shahovskaya-oosh.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/syuzhetnij-plan-teksta-pedagogicheskoe-rechevedenie.html
  • doklad.bystrickaya.ru/variant-27-variant-28-neposredstvennij-podschet-veroyatnostej-v-ramkah-klassicheskoj-shemi-teoremi-slozheniya-i-umnozheniya.html
  • abstract.bystrickaya.ru/1-klass-34-chasa-iz-raschyota-1-chas-v-nedelyu-osnovnaya-obrazovatelnaya-programma-soderzhit-sleduyushie-razdeli.html
  • learn.bystrickaya.ru/glava-devyataya-mi-pokupaem-avtomobil-i-uezzhaem-ilya-ilf-evgenij-petrov-odnoetazhnaya-amerika.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.